Трое и боги [= Трое и Дана] - Юрий Никитин

Он дрался озверело, превратившись сам в зверя. Оскаленнаяпасть то и дело оказывалась перед его лицом. Он хватался за челюсти, с трудомудерживал, последний раз едва не разорвал пасть. Ящер вырвался, нападалосторожнее, пытался ухватить зубами, Таргитай едва успевал пригибаться и битькулаком в уже залитую зеленой кровью морду. Гребень на шее исчез, там мелькалакрохотная искорка булата, доносился едва слышный писк двух людей.

На него сыпались камни, земля. Ящер бешено метался, Таргитайоседлал, выворачивал голову, ухватившись за рога. Ящер с силой взмывал,казалось, к небесному своду, стараясь растереть врага о твердь. Таргитай сцепилзубы, но не спрыгивал. Ящер уже хрипел, из пасти бежала пена, все чащепромахивался.

На Таргитая с грохотом падали камни, сыпалась земля. Онзакрыл глаза и крепче вцепился в голову зверя. Пахнуло горелым, запахамиболота, по голове и плечам больно били уже не камни – целые горы.

…Когда Ящер, разбрасывая пласты земли, рухнул, какисполинская жаба, Мрака и Олега швырнуло на упругую стену, которой раньше вродебы не было, откатило, а там, не поднимаясь, едва живые, они видели, как двагиганта – человек, ростом со Святогора, и Ящер, бессмертный бог, владыкаподземного мира, – били и крушили один другого. Брызгала кровь, стоял треск, слышалосьтяжелое дыхание.

На несколько верст простирался медный ток. Вокруг мерцала,достигая туч, стена сгустившегося воздуха, Олег побелел, но, сцепив зубы имокрый, как мышь в половодье, держал, держал изо всех сил. По ту сторонуметались тени: зверолюди и мертвецы отчаянно пытались прорваться к хозяину.

На медном току пламенели лужи крови. Трупы лежали смятые,расплющенные. Эти несчастные в момент магии Олега оказались по эту сторону, аозверевший Мрак бил и крушил уцелевших от удара магии до тех пор, пока подлезвием не засвистел лишь распарываемый воздух.

А в середке тока страшно ломали один другого Таргитай иЯщер. Таргитай ухватил чудовищного зверя за голову, пригнул и ударил коленом.Раздался треск, словно разломился накаленный в небесном огне горный хребет.Ящер взревел, но в реве было больше страха, чем ярости. Таргитай ударилкулаком, бухнуло так, что земля качнулась. Ящер распластался и лежал недвижим,раздутые бока бурно вздымались. Из разбитой головы текла зеленая кровь. Земляпод ней дымилась, чернела, выгорала.

Шатаясь от изнеможения, Таргитай воткнул Меч в землю,странно желтую, а едва Меч воткнулся, стащил ременную перевязь, распустил узлы,неумело, но быстро набросил петлю на шею поверженному Ящеру. Другой конецзакрепил на Мече.

– Вставай, тварь!

Ящер часто дышал, кровь уже не бежала, а раны на глазахзатягивались. Таргитай пнул ногой в брюхо, а когда чудовищная голова медленноповернулась в его сторону, с силой наступил на вытянутую морду, вжал в землю.Ящер пытался высвободиться, упирался лапами, но Таргитай изо всех сил держал, акогда под сапогом остался лишь кончик рыла, прыгнул на голову.

– Мало?

Ящер перестал двигаться, череп потрескивал, головапогружалась в землю. Таргитай вернулся к Мечу, Ящер с трудом поднялся. Ременнаяперевязь, ставшая теперь упряжью, натянулась.

– Вперед! – гаркнул Таргитай люто. – Бессмертный ты или нет,но вырву твои ядовитые зубы, выбью глаза и переломаю лапы…

Ящер тупо двинулся прочь от страшного противника. Таргитайпоспешно налег на Меч. Ящера дернуло назад. Он повернул голову, Таргитай бешенозаорал, раздувая ноздри. Ящер уперся всеми четырьмя в твердую, как камень,вытоптанную за тысячи лет конскими копытами землю.

Затрещало, Ящер наклонился еще, пошел. Таргитай услышал изглубины земли вздох облегчения, а затем и сладкий стон.

Меч под тяжелой рукой Таргитая вспарывал землю с хрустом.Огромный пласт все поднимался и поднимался. Верх был черным, как вороновокрыло, дальше земля шла красная, словно залитая кровью великанов.

Ящер уперся головой в мерцающую стену. Она натянулась, какбычий пузырь, затрещала. Мрак толкнул Олега:

– Не спи!

Олег отчаянно рвал невидимые нити. Звук от лопнувшей пленкибыл резкий, словно ударили тетивой по ушам. Ящер едва не ткнулся мордой вземлю.

– Эх, ты, – прошипел Мрак, – урод! Ломать же легше, чемстроить!

Остатки мерцающей стены вспыхнули синим огнем и растаяли.Олег вскрикнул в ужасе и бессилии, а Мрак глухо выругался. Уже ни клочкасвободной земли – все бескрайнее поле заполнено войском Ящера!

За время страшного боя гигантов подошли еще зверолюди или жевылезли из разломов умирающей земли. Явились невиданные чудовища, настоящиепорождения мрака – белесые, безглазые, никогда не видевшие света, но в шипах,наростах, с крючковатыми крыльями.

При виде своего владыки раздался страшный победный крик.Звери и чудовища ринулись навстречу. Но тут же крик оборвался…

Мрак и Олег побежали по обе стороны. Один поднял над головойсекиру, другой – палицу. Ящер тащил Меч, стремясь уйти от опасного врага. Пластугрожающе загнулся и обрушился набок. Отряд зверолюдей в полсотни голов исчезпод лавиной тяжелых, как валуны, глыб слежавшейся земли. Деревья и кустызатрещали, их тоже накрыло.

Мрак и Олег вскоре отстали, хотя бежали изо всех сил.Гигантские фигуры удалялись. Справа огромный пласт накрывал треть войска, ауцелевших отгородили гигантский ров и вал горячей земли. Слева уцелели все, нобыли настолько потрясены, увидев их бога-властелина в унизительной упряжи, чтопадали на землю, бросали оружие.

Перед Ящером тянулась ровная, как стол, земля, выровненная иутоптанная копытами степняков. Сзади земля с треском поднималась широкимпластом, оставляя слева глубокий ров. Из глубины несло холодом, из-подоранжевого лезвия Меча брызнула струйка воды, побежала следом, извиваясь, подну гигантского рва.

– Быстрее, тварь! – прохрипел Таргитай. Меч начал выходитьиз земли. Он нажал сильнее. Плоть земли затрещала, Ящер захрипел. Пласт из-подМеча пошел вздыматься выше.

Ящер вытянулся, как струна. Острые когти врезались в землю стакой силой, что брызгали искры и вздымались дымки. Он хрипел, из пастивырывались клубы пара, затем повалил дым.

– Нечего, – процедил Таргитай ненавидяще. – Запалился? Еще иогонь пойдет.

Когда Ящер от усталости потащился медленнее, Таргитайвыдернул по дороге прутик – это была вековая сосна, – с силой хлестнул Ящерамеж ушей. Тот вряд ли ощутил боль, но страх заставил двигаться быстрее.

За ними оставался гигантский ров, коню не перескочить,человеку не одолеть с наскоку, а от края рва сразу поднималась крутая стенагигантского вала. Степь оказалась перегорожена. Таргитай заставил Ящерапотихоньку сворачивать, двигаться по широкой дуге.